Так рождаются спектакли...

Полина Борисова – художник-постановщик, мастер-технолог, преподаватель, актриса театра кукол – создатель уникального авторского стиля камерных моно-спектаклей, в которых она является дизайнером, режиссером и актрисой. 

"Кукловод" уже публиковал материалы с Полиной. Кто ещё не читал и кому это может быть интересно СМОТРИТЕ ЗДЕСЬ:

Полина Борисова: "Кукольник — создатель миров"

Полина Борисова: Профессия актёра — это всегда шаг в неизвестность.

Полина Борисова: "В Европе смеются там, где мы плачем".

25 сентября 2020 года в Ярославском театре кукол состоялась премьера спектакля "Божественная комедия" в интерпретации режиссера Алексея Смирнова и художника Полины Борисовой.

Это интервью с Полиной было записано во время работы над спектаклем.

Рождение спектакля сродни сотворению нового мира. Именно это чудо происходит сейчас в Ярославском театре кукол, в мастерских которого полным ходом идут работы по созданию кукол и декораций для нового спектакля «Божественная комедия». К репетициям спектакля режиссер Алексей Смирнов приступит в июне, а вот художник-постановщик Полина Борисова уже полностью погружена в творческий процесс. Но не отвлечь «демиурга» разговором на отвлеченные темы от сотворения спектакля оказалось просто невозможным – ведь нечасто в театральных цехах так запросто встретишь французскую актрису русского происхождения, представителя известной театральной династии-кукольников. А это как раз Полина Борисова и есть.

- Полина, а когда конкретно в вашей жизни появился театр?

- В моем случае правильнее будет сформулировать наоборот – «когда я появилась в театре». Ответ короткий – как родилась, так это и случилось. Родители работали в театральном институте, первое время мы жили в общежитии института, и чтобы попасть в театр, нам было достаточно выйти за дверь своей квартиры. Мы с сестрой целыми днями ходили из одной аудитории в другую, сидели на репетициях, смотрели все спектакли. Это была моя повседневная жизнь.

-Но все-таки однажды наступил такой момент, когда вы «примерили» к себе театр как вариант будущей профессии.

-Это случилось достаточно рано, поскольку в системе российского образования уже к концу учебы в школе подросток должен четко понимать, куда он будет поступать. В Европе люди просто поступают в университет, первые пару курсов посещают общие предметы и имеют возможность определиться с выбором, что больше нравится, к чему ты склонен. В 16 лет я просто не готова была логически размышлять, и, можно сказать, пошла по пути наименьшего сопротивления – туда, где хоть что-то понимала, а это был театральный институт. Точнее, Санкт-Петербургская государственная академия театрального искусства. А поскольку в тот год набор был на специальность художника-постановщика театра кукол, я туда и поступила, на курс к знаменитому мастеру Валентине Григорьевне Хавролевой.

Эскизы к Божественной комедии

-Родители одобрили ваш выбор?

-Думаю, как родители любого подростка, они были счастливы пристроить меня хоть куда-нибудь. Шучу, конечно. Отец настоятельно рекомендовал мне брать уроки живописи, но не более того.

-А учились легко?

-Ну, как сказать… Я очень организованный человек, и, пусть это не прозвучит хвастовством, но наши мастера отмечали, что я была одним из тех редких студентов, которые выполняли все задания и никогда не пропускали занятия. Это моя жизненная привычка/стратегия, «через дробь».

-Вы окончили СПГАТИ, затем там же учились в аспирантуре. Как возникла идея поучиться театральному делу еще и во Франции?

-На самом деле эта мысль появилась еще в годы учебы в Петербурге, после того как я побывала на фестивале театральных школ в городке Шарлевиль-Мезьер, и была просто очарована местной театральной школой. Она – крошечная, на курс набирают всего 16 человек, и учат их три года. Школа государственная, но поддерживается не министерством, а городом, и студентам даже выплачивают пособие, чтобы они могли снять себе жилье.

"Божественная комедия"

-Но, наверное, конкуренция жесточайшая?

-Да, было непросто. Сначала ты отправляешь досье, и это – заочный этап. В нашем случае из трехсот заявок выбрали 72 для очного этапа. Потом нас осталось 25.  По правилам поступления после этого начинается неделя активных мастер-классов, чтобы не сразу отсеивать абитуриентов, а посмотреть, как люди работают, на что они способны. В итоге остается 16 студентов. Школа – международная, треть студентов – иностранцы. И я была первой русской, поступившей в эту школу!

-Пройти сквозь это «сито» было очень непросто?

-Главная трудность в том, что наша российская система поступления принципиально отличается от европейской. У нас человек должен соответствовать стандартам, и ты в  первую очередь должен показать, что ты умеешь, какие у тебя отметки. За всеми этими стандартами и оценками педагогам во Франции, например, очень трудно увидеть настоящего человека с его интересами, способностями, сильными и слабыми сторонами. Мы натренированы на самопиар, а там это не работает. Второй момент – нигде не любят  переучивать людей, которые раньше чему-то учились. А у меня за плечами уже была одна театральная школа, СПГАТИ.  Однако моим преимуществом было то, что я шла учиться на совершенно новую для меня специальность – ведь я была художником, но не актером. Как потом выяснилось, меня выбрали за мою открытость, готовность воспринимать новое и учиться этому. И я очень благодарна педагогам за это.

- Вы выпускница двух разных театральных школ. В чем их принципиальное отличие?

-И в России, и во Франции я занимаюсь театром, и считаю, что цель всегда одна: выйти на сцену и сказать публике что-то такое, чтобы тебя поняли, разделили это переживание вместе с тобой. Менталитет российского зрителя таков, что если ему что-то непонятно, то это априори ему не нравится. Европейский зритель предпочтет не понять что-то, а почувствовать. Приоритеты – разные, но цель – одна.

"GO"

-Вашей визитной карточкой стал моноспектакль «GO», в котором вы выступаете и художником, и режиссером, и актрисой…

-Да, я много езжу с этим спектаклем, даже в Ярославле однажды была, но это были не гастроли и не фестивальный формат, а, скорее, дружеский визит – мастер-класс. Начиная с 2011 года, я побывала со спектаклем «GO» на более чем 50 фестивалях в 30 странах мира, и сыграла его, наверное, уже раз 300. Я с удовольствием играю с партнерами и принимаю участие в других проектах, но когда речь заходит о том, чтобы сделать что-то свое, то я  склонна к сольным работам. Энергия, которая уходит на поиски того как и что надо делать, очень хрупкая «материя», и ее едва-едва хватает на создание этого мира-кокона вокруг себя. У меня не хватает азарта, что вести еще кого-то за собой. Но это касается только сольных проектов. В остальном я очень мобильна, общительна и контактна.

- Как живет и работает актер во Франции?

-О, совсем по-другому, нежели в России! Во Франции существует система краткосрочных контрактов, так называемой прерываемой занятости. Сегодня это может быть один спектакль, завтра – просто показ. Для артистов существует система биржи труда, и наша профессия относится к позиции безработных.  Но, проработав в течение года определенное количество часов, ты можешь получить официальный статус «артист», и в этом случае государство на следующий год  в те дни, когда у тебя нет никакого контракта, будет тебе выплачивать ту сумму, которую ты заработал за предыдущий год. Не все во Франции довольны этой системой, многие полагают, что она кормит бездельников, но ведь не все и понимают, что жизнь артиста не может состоять только из спектаклей. Нужно время на то, чтобы что-то придумать, отрепетировать, и тогда эта система помогает артисту выжить. Я заработала статус артиста в 2013 году, но его надо постоянно поддерживать.

"Волшебник Изумрудного города"

- В репертуаре Ярославского театра кукол есть один спектакль, в котором вы работали художником-постановщиком – это «Волшебник Изумрудного города».

-А еще были работы «Неугомонная семейка», «Однажды на Диком Западе», и, уже не помню точно название, какой-то концерт. Все эти спектакли мы сочинили вместе с Анатолием Белковым, он был первым режиссером, который поверил в меня как в художника. Это были славные, как мне кажется, спектакли. Поработать вместе над спектаклем «Божественная комедия» мне предложил режиссер Алексей Смирнов, и я немного испугалась, так как уже много лет не работала как настоящий художник-постановщик. И, потом, во Франции другой подход к работе: ты что-то придумываешь и просто делаешь. В российских театрах очень большая официальная часть предшествует собственно работе: надо пройти художественный совет, защитить макет и прочее. Но это мы уже прошли, и работа в самом разгаре.

-Насколько вам интересна эта история, «Божественная комедия» Штока?

-Ровно в той степени, как и любая другая история, я не человек текста. Мне куда важнее, что можно с этим текстом сделать. И хотя, конечно, это произведение совершенно не нашего времени, важно, как режиссер ее расскажет современным зрителям и чем увлечет их.

-Что увидит зритель?

-Всех секретов я вам, конечно, не раскрою, сохраню интригу. Но мы постараемся свести к минимуму игру живым планом, все-таки это театр кукол. Меня всегда восхищали верховые куклы, в Европе спектакли без видимого присутствия актера на сцене большая редкость. Но здесь будет и то, и другое, и даже тантамарески. Надеюсь, будет интересно. Мне очень интересно работать над этим материалом, и я неизменно восхищаюсь цехами театра, когда я могу просто что-то придумать, нарисовать, и получить уже готовое, причем, сделанное даже лучше, чем я это придумала. Это просто работа мечты!

-Кстати, о мечте. Чтобы вы хотели сыграть, поставить, над каким материалом поработать как художник?

- Я не режиссер, и поставленные мною моноспектакли «GO» и «SKAZKA» воспринимаю как актриса. В обоих случаях я просто делала то, что хотела и как чувствовала. Поэтому у меня нет желания что-то непременно поставить. Сыграть? Тоже нет. Я живу в наблюдении за состоянием момента, и если возникает какое-то предложение, которое меня вдруг трогает, я  - вот она, уже готова!  Поэтому я не хочу чего-то конкретного, я просто хочу хотеть… Такие дела…

ИСТОЧНИК: Сайт ярославского театра кукол

Моноспектакль Полины Борисовой "SKAZKA"

Read more…

27 марта отмечался Международный день театра. А на неделю раньше был отмечен Международный день театра кукол, утвержденный в 2000 году на XVIII Конгрессе UNIMA (Международного союза деятелей кукольного театра). В Ида-Вирумаа есть свой «союз кукольников», причем, союз семейный. В 1994 году супруги Елена и Ааре Вахеры организовали в Йыхви семейный кукольный театр «Lepatriinu» («Божья коровка»). Сегодня этот творческий союз известен не только в Эстонии, но и за ее пределами.

Елена и Ааре Вахеры с куклами из спектакля "Солнечный луч". Фото Илья Тельнов.

Любовь к детям, преданность профессии помогают театралам и во времена пандемии не опускать руки. Елена и Ааре Вахеры – создатели, руководители и актёры кукольного театра «Лепатрийну», зал которого в течение уже многих лет располагается в здании Йыхвиской художественной школы. Несмотря на то, что в театре сегодня непривычно тихо, не слышно детского смеха, работа в нём продолжается. Ведь когда-нибудь коронакризис обязательно завершится, и юные зрители вновь войдут в двери театра, где их будет ждать встреча со сказкой. Чем же живёт «Лепатрийну» сегодня и куда нацелен полет «Божье коровки» в будущем? Об этом еженедельник «Панорама» побеседовал с Ааре и Еленой Вахерами.

– Ещё недавно мы все надеялись на то, что коронавирусный катаклизм завершится, но вот уже прошёл год после первой волны пандемии, а у нас действуют ограничения, маячит на горизонте летний локдаун. Как в таких условиях обстоят дела в вашем театре?

Елена: – Этот отрезок времени я назвала бы годом подведения итогов, понимания чего-то важного. Раньше ведь как было: в течение всего года шли одна за другой репетиции, выступления, летом – затишье, и потом с осени опять всё начиналось заново. А сейчас этого нет, но зато появилась возможность остановиться и оглянуться, окинуть взором проделанную работу. Чувствуется внутреннее обновление. Хотя, конечно, уже хочется поскорее вернуться к выступлениям, вновь встретиться с детьми.

Ааре: – В марте прошлого года мы не думали, что всё затянется на такое длительное время. Контакта со зрителем не было, но работа в театре не прекращалась. Осенью нам удалось провести премьеру спектакля «Солнечный лучик». Успели дать несколько представлений. Позже ограничения вновь усиливались, потом смягчались, но поскольку Фондом Капитал культуры уже были выделены деньги на создание спектакля, работу мы вели с надеждой на зимние праздники, – говорит Ааре.

Александра Вахер в
моноспектакле
"Аленький цветочек"

«Лепатрийну» является семейным театром и имеет свои помещения – небольшой зрительный зал и мастерскую с отдельным входом в здание Йыхвиской художественной школы. Это позволило ни на один день не останавливать работу над постановками во время карантина. К зимним праздникам семья кукольников была готова представить свою новую работу под названием «Волшебная снежинка», но, к сожалению, были введены более жесткие ограничения, сделавшие невозможным показ спектакля в стенах театра, на что Елена и Ааре возлагали большую надежду.

Елена: – Когда завершилась первая волна пандемии и нас готовили к тому, что осенью не исключена вторая, мы осознали необходимость пересмотра подхода к работе. Если раньше основной упор делали на выездные показы спектаклей в детских садах, то теперь из-за ограничений мы решили сконцентрироваться на стационарных представлениях. Для стационарного спектакля декорации используются более массивные, сложные, а если речь идёт о выездной работе, то реквизит должен быть удобным для транспортировки.

Ааре: – Помимо этого, в стационарных спектаклях часто используется более сложный свет, проектор, а это значит, что постановку можно показывать только в так называемом «black box’е» – специальном зале тёмного цвета, для выступлений в котором можно создать полную темноту. А это практически невозможно при выезде в детсад.

Спектакль "Гуси-лебеди"

– Но ведь ни в детском саду спектакль сейчас не показать, ни в зале самого театра. Как же справляетесь вы с финансовой стороной дела?

Елена: – Так как мы являемся официальным театром, создание новых спектаклей удаётся осуществлять благодаря поддержке Фонда «Капитал культуры», нас поддерживает Касса страхования от безработицы, а также Йыхвиская волость.

Ааре: – Конечно, как и всем, коронавирус жизнь осложнил. Но нам в какой-то степени повезло: мы ведь не люди из шоу-бизнеса, которые сейчас сидят без концертов, корпоративов. Мы, кукольники, люди искусства, и больших денег никогда не держали. Стало тяжелее, но нам терять надежду нельзя. Ведь потом придут дети, и для них надо будет создавать сказку, а для её рождения нужно верить в то что делаешь, даже тогда, когда становится тяжело.

"Винни Пух и его друзья"

– Многие видят выход в работе онлайн. Каково ваше отношение к выступлениям на просторах Интернета? Возможно ли кукольный театр перенести в виртуальный мир?

Ааре: – Если смотреть исключительно с технической стороны, то в случае, если бы мы были знакомы с технологиями или нам кто-то помог их освоить, то тогда возможно сделать трансляцию. Но ведь театр – это не просто трансляция. В первую очередь, это живое общение. Тем более, если мы говорим о кукольном театре, где очень важен контакт актёров со зрителями.

Елена: – Возможно, другим театрам трансляции подходят, но не нам. Я даже предположу, что найдутся удачные примеры онлайн-театра, и, наверное, мне понравились бы эти работы, но это точно не наше. Если всё будет закрыто, а ситуация не позволит работать контактно и в будущем, то тогда, оказавшись перед выбором закрыться или вещать онлайн, я поработаю во дворе, ради собственного удовольствия и на радость соседским детям. В конце концов, никто не отменял представлений для внука!

"Солнечный луч"

– Бытует мнение, что театр в сегодняшнем мире, где есть онлайн-игры, кино и множество других развлечений, теряет свою популярность. Согласны ли вы с этим утверждением?

Елена: – Однозначно нет! Сегодня, наблюдая за игрой своего внука, я могу точно сказать, что выбирая между мультфильмом или спектаклем, он выберет спектакль. Дети ведь, играя, представляют какие-то мини-сценки, общаются с игрушками. Неважно о ком мы говорим – мальчиках или девочках. Мы в детстве, к примеру, не имея игрушек в таком изобилии, брали в руки палочки, камушки и создавали свой мир игр. Фантазировали. Тут многое зависит от родителей.

– Конечно, проще ведь дать ребёнку в руки планшет, телефон, усадить перед экраном телевизора включив мультфильм?

Ааре: – Проще, но ведь и мультфильм далеко не каждый подойдёт. Часто так бывает, что в мультфильме быстро меняются кадры, всё очень перенасыщено и тяжело для восприятия ребёнком. Не будем забывать и о музыкальном наполнении. Современные мультфильмы часто грешат искусственным звучанием, звуками несуществующих музыкальных инструментов. В детском театре музыка подбирается или пишется именно под конкретный момент, используются те инструменты, звучание которых реально, с которыми ребёнок встретится в своей жизни. Движения актёров, кукол, в зависимости от возраста детей, более или менее плавные. К тому же не будем забывать о том, что театр – это то, где встречаются условное небо, условное море, это место, где зрителю необходимо включать фантазию и додумывать, – напоминает Ааре.

Фантазировать, погрузившись в рассказ актёров, в театре помогает музыка. Ей Ааре Вахер отвёл в своём сердце отдельное место. И сегодня, когда в мире бушует пандемия, в театре «Лепатрийну» по-прежнему создаются декорации, идут репетиции в сопровождении музыки, связавшей две творческие натуры. Между репетициями Ааре трудится над музыкальным сборником, в который войдут его авторские работы – музыка из спектаклей. Но если в спектаклях произведения несут фрагментарный характер, являясь так называемой «музыкой момента», то в сборнике они будут иметь более завершенный вид. Сейчас Ааре готовит аранжировки, и шаг за шагам записывает обновлённые версии произведений.

– Черная коронавирусная полоса – словно отдельная эпоха борьбы человечества с невидимым врагом, опасность которого, к счастью, дети детсадовского возраста пока не осознают. Они не следят за новостями, по-прежнему просыпаются каждое утро с улыбкой, в ожидании новых открытий и какого-то чуда – сказки, созданной руками заботливых родителей. Какие рекомендации вы могли бы дать родителям сейчас, когда дети часто находятся не в детском саду, а дома?

Елена: – Больше общаться с детьми, участвовать в их игре. Планшет – это если и выход, то на очень короткий отрезок времени. Ведь если гаджет для ребёнка будет единственным собеседником, то ни к чему хорошему это не приведёт.

Ааре: – Хочу добавить, что в некоторых странах есть спектакли для детей, которым нет еще и года от роду. Мамы приходят вместе с малышами на руках. И в представлении нет сложного сюжета: актёр подул на пёрышко и оно начало парить в воздухе. Это привлекает внимание малышей. Такие мини-спектакли в виде игры могут делать и сами родители дома. Уверен, что повзрослев, малыш предпочтёт какую-либо живую игру или театр, нежели просмотр мультфильма.

"Путешествие капитана Куделя"

– Елена и Ааре, вы заражаете своим жизненным оптимизмом. В чем ваша тайна?

Ааре: – В любви к профессии, детям.

Елена: – И в умении радоваться каждому дню. К примеру, неделю тому назад отмечался Международный день театра. Утром каждого из нас поздравил с праздником внук. А чуть позже случилось следующее: одна наша общая знакомая была проездом в Йыхви, и именно в этот день, в наш праздник, не зная этого, она подарила нам чудесную картину, на которой изображены луг, утренняя роса, а среди этой зелени сидит маленькая божья коровка, являющаяся символом нашего театра. И как после этого можно быть в плохом настроении?

Ааре: – Конечно, это поддерживает, настраивает на работу, а её предстоит много. Ведь рано или поздно сюда, в наш зал вновь войдут дети. Им нужна будет сказка. И кто-то должен будет её создавать.

Еженедельник «Панорама» поздравляет супругов Вахеров с прошедшими праздниками – Международным днём театра и Международным днём театра кукол. Мы верим, что недалеко то время, когда жизнь снова войдет в привычную колею, и произойдет долгожданная встреча кукольников с их зрителями. Большими и маленькими.

Илья Тельнов (09 апреля 2021 г.)

ИСТОЧНИК: "ПАНОРАМА" 

Встреча с друзьями-коллегами, театрами "Пилигрим" и "ТриЛика"

Выступают Александра и Ааре Вахеры

Read more…

Этим летом мы рассказали вам о грустных событиях, произошедших в Таллинне. Там переименовали единственный в Эстонии государственный театр кукол таким образом, что слово "Nuku" (кукла) исчезло из его названия. В поддержку эстонских кукольников, которым небезразлична судьба этого театра, мы ПРОДОЛЖАЕМ публикацию материалов прессы, посвященных истории Nukuteater.

Говорят, что у Фердинанда Вейке, главного режиссера Эстонского республиканского кукольного театра, счастливая актерская судьба. Сам он не склонен поддерживать подобную точку зрения: «если выпрямить все зигзаги, получится длинный и очень тернистый путь».

Недавно эстонские куклы побывали на гастролях в Финляндии и привезли оттуда альбом восторженных отзывов финской прессы.

Маленькие герои детских сказок совершенно неожиданно для себя оказались в гуще сложных событий, происходящих здесь. В Финляндии бастовали шоферы, требовавшие повышения заработной платы. Страна была буквально парализована остановившимся автотранспортом. Лишь единственное исключение сделал забастовочный комитет. Распространялось оно на наших кукол: им была предоставлена машина и шофер, а также специальный пропуск для пикетировщиков. Финские рабочие не могли лишить своих детей радости встречи с кукольным театром.

Пожалуй, никакие похвальные слова не скажут о популярности и успехе театра больше, чем этот факт.

Каким же ключом открываются нелегкая дверь успеха?

Предлагаем беседу нашего корреспондента Валентины Куби с главным режиссером кукольного театра Фердинандом Вейке.

-         Расскажите, пожалуйста, как вы стали «повелителем кукол?»

-         Совершенно случайно. Никогда не любил кукол, даже в детстве. Восторгался балетом. Закончил балетную школу и танцевал в театре «Эстония», попутно играя в драмтеатре. Все шло успешно. Меня погубила любознательность. В 1949 году мне посчастливилось стать участником декады Эстонского искусства в Москве. В свободный день отправился в театр Образцова. Это был «роковой» шаг. То, что увидел на сцене, потрясло меня. Я обнаружил, что у кукол фантастические возможности, во сто крат превосходящие возможности живого актера. После первого акта разыскал Образцова и упросил пустить меня за кулисы. Хотелось поближе познакомиться с тем, что показалось мне волшебством из зрительного зала. Вот так нежданный случай перевернул всю мою жизнь.

-         Что же было дальше?

-         Все довольно просто. Охладел к балету, поступил в Ленинградский театральный институт и получил диплом режиссера. Потом искал сподвижников, с ними мастерили кукол, рисовали декорации, выбирали репертуар и репетировали, где придется. Подыскивали помещение для премьеры. Театра ведь не было. Был лишь энтузиазм.

-         Помните ли вы ваш первый спектакль?

-         Разве это можно забыть? 2 января 1952 года в 10 часов утра в Доме культуры имени Я. Томпа состоялся первый кукольный спектакль «Терем-теремок».

-         Он прошел успешно?

-         Увы, нет. Поначалу будто бы все было хорошо. Детей собралось много, актеры играли вдохновенно. Но один из них, исполнявший роль волка, так вошел в азарт, что встал во весь рост и его лысая голова высунулась из-за ширмы, где «жили» куклы. И тут-то случился конфуз. В зале вдруг раздался звонкий детский возглас: «Мама, посмотри, у волка спинка голенькая…». Несмотря на трагикомизм ситуации, я тогда понял самую главную заповедь актера-кукольника: здесь недопустим никакой промах. Дети не сумеют сделать вид, что не заметили его. Они – самая удивительная публика, потому что не умеют притворяться.

-         Какими качествами, на ваш взгляд, должен обладать актер кукольного театра?

-         Таланта драматического актера здесь еще недостаточно. Актер кукольного театра – это художник, который умеет воспринимать в мире прежде всего яркие краски. Затем он прекрасный драматический артист, диктор, певец, музыкант, эксцентрик, юморист, пародист…

-     Что вы превыше всего цените в людях?

-         Искренность. И еще – умение улыбаться.

-         За что и против чего вы боретесь своим искусством?

-     Наверное, никто не в состоянии сделать всего того, к чему стремится. Я хочу в каждом ребенке воспитывать прежде всего человека, разбудить в нем особый мир, который мы называем эстетическим чувством. Надо добиваться, чтобы, вырастая, дети не страдали инфантильностью, запоздалой неискушенностью, и не «разбивали в кровь» свои души о первые жизненные невзгоды. Уже в самом раннем возрасте дети должны точно уяснить себе, «что такое хорошо и что такое плохо». Грустно, когда на это уходит чуть ли не полжизни…

-         Но почему вы избрали для этих целей именно куклу?

-         Кукла – идеальный воспитатель. Уже по природе своей она абсолютно не лукава. Если это Красная Шапочка – значит, олицетворенное добро, если – Серый Волк – абсолютное зло. Дети никогда не прощают фальши. А, скажем. Актер, загримированный под волка, это уже фальшь. Куклы для детей увлекательная игра, через игру же ребенку можно преподать самые сложные воспитательные уроки, вплоть до раскрытия философских истин. Они примет эти уроки и усвоит. Тогда как лобовое нравоучение и скучное наставление отвергнет и даже сделает наоборот.

-         У вас есть нелюбимые куклы?

-         Пожалуй, да. Те, которые не хотят понять меня и принять моих взглядов.

-         Существует ли у вас привычное начало рабочего дня?

-         Каждое утро в одно и то же время я приходу на улицу Лай. 1, в театр и начинаю репетиции. Меняются роли и декорации, но порядок неукоснителен вот уже 20 лет.

-         20 лет творчества – огромный срок. Скажите, не появлялось ли у вас сомнение в правильности избранного пути? Хоть однажды, в какую-нибудь мрачную минуту. Не казалось ли вам, что все эти годы вы «играли в куклы» и что все это – пустое?

-         Нет, никогда. Если бы такое чувство закралось, я бы ушел из театра. И стал заниматься другой работой. Всю свою жизнь я посвятил «сотворению» мира детской души. Каждой своей постановкой нацеливал маленьких зрителей на тот полюс, где сосредоточены Правда и Добро. И самое большое вознаграждение – видеть в театре бывших хрупких почитателей, которые стали сегодня мамами и папами и привели в наше дом своих детей.

-         Ваш самый счастливый день?

-         Я не коллекционирую счастливые дни. Они, несомненно, были. Но какой из них «самый»? Быть может, этот? Пару лет назад я был в Норвегии и выступал по телевидению в городе Осло. Рассказывал о наших куклах, о театре. Помогал мне любимый герой наших ребятишек Буратино.через0 несколько дней получил от детей Лапландии письмо. «В нашей стране тоже есть куклы. которую все знают. Ее зовут Триола. И хотя она говорит по-норвежски, мы часто не понимаем ее. Наверное потому, что она тоже не понимает нас. Ваш Буратино говорил на незнакомом языке, но мы поняли и полюбили его. Очень жаль, что передача была короткой. Большое вам спасибо. Пожалуйста. Приезжайте к нам с Буратино опять». Это письмо хранится у меня в доме как самая дорогая реликвия.

Вейке Ф. Дети, куклы и я. (Клуб интересных встреч)// Советская Эстония. – 17 июн. – 1972. 

Read more…

Этим летом мы рассказали вам о грустных событиях, произошедших в Таллинне. Там переименовали единственный в Эстонии государственный театр кукол таким образом, что слово "Nuku" (кукла) исчезло из его названия. В поддержку эстонских кукольников, которым небезразлична судьба этого театра, мы начинаем публикацию материалов прессы, посвященных истории Nukuteater.

В 1970 году, во время семинара режиссеров кукольных театров в Осло в Норвежское телевидение поступили десятки удивительных детских писем. Вот одно из них: «Все куклы разучились говорить, мы больше не хотим их видеть. Мы любим только Буратино и очень хорошо понимаем все, что он нам рассказывает по-эстонски…» Этот отзыв вполне можно было бы присоединить к многочисленным письмам – наивным и серьезным, взволнованным и восторженным, которые приходят в Таллинн из всех городов и стран, где хоть раз побывал Государственный кукольный театр ЭССР. 

Со дня основания, с 1952 года, им руководит заслуженный деятель искусств, вице-президент советского отделения международной организации кукольных театров УНИМА Фердинанд Вейке. Фердинанда Йоханнесовича можно застать в театре почти в любое время суток. Это человек, который работает всегда. Постоянно, ежесекундно. Отдохнуть после утренней репетиции для него означает сыграть роль в дневном спектакле; в перерыве после спектакля он или пишет новую инсценировку, или рисует эскизы кукол, или снова отправляется на репетицию. И уже поздней ночью, иногда до рассвета, готовит собственный творческий вечер, в котором неизменно участвует веселый и остроумный Буратино. Кажется, что даже и тогда, когда Фердинанд Вейке просто разговаривает с вами, вспоминает, как в давние годы ему, деревенскому школьнику, поручали роли в профессиональном Раквереском театре, он продолжает работать, творить. Его большой, истинный талант сжег все необязательное, второстепенное и оставил художника: актера, режиссера, драматурга, педагога, лектора, организатора, безраздельно преданного своему искусству. 

 В 1946 году Фериданд Вейке закончил в Таллине театральную школу и балетные курсы, стал солистом балета театра «Эстония» и одновременно артистом драматического театра им. В. Кингисеппа. Вскоре на драматической сцене он пробует свои силы в режиссуре. Казалось бы, жизненный путь определился навсегда, но случилось непредвиденное. Правда, не сразу, не вдруг. При драмтеатре в то время работала группа артистов-кукольников. Богатые изобразительные возможности этого вида искусства заинтересовали Ф, Вейке, но оставить балет или драматическую сцену казалось тогда невозможным. И он попутно участвует в работе кукольников. В 1950 году Фердинанда Вейке послали на высшие режиссерские курсы в Ленинград, в театральный институт имени Островского. Трудно сказать, как созрело это решение, но, вернувшись домой, Вейке принимается за организацию эстонского кукольного театра. И дело это захватывает его целиком. И вот 2 января 1952 года в новом театре состоялся первый спектакль. 

А вскоре пришли и успехи. В 1957 году постановка пьесы Йоханнеса Кангиласки «Хитрый Антс и Ванапаган» завоевала первую премию и диплом I степени на Всесоюзном фестивале кукольных театров в Москве. В 1960 году театр едет на Всемирный фестиваль в Румынию – и снова победа. В 1964 году – вновь премия на Всесоюзном фестивале… 

В нынешнем году эстонские куклы завоевали признание у юных зрителей ГДР, где проходил фестиваль кукольных театров. «Будьте такими же веселыми, как таллинцы». – писал в эти дни Хенрик Юрковский, генеральный секретарь УНИМА, обращаясь к кукольникам всего мира. Известны таллинцам и концертные выступления самого Фердинанда Вейке. Впрочем, не только таллинцам, но и зрителям Москвы. Осло, Магдебурга, Хельсинки. Риги, Иркутска, Минска. Лондона, Праги, Варшавы… 

Сегодня Фердинанду Вейке исполняется 50 лет. Юбиляр покажет премьеру своей новой программы «Мелочи». 

«Очень хочу, - говорит Фердинанд Вейке, - чтобы этот спектакль помог людям забыть о ненужных мелочах жизни, мешающих им полностью посвятить себя настоящему, истинно большому делу – а оно должно быть у каждого!».

Скульская Е. Фердинанду Вейке – 50. Наши юбиляры// Советская Эстония. 22 дек. 1974.

Read more…

Фото В. Драгун

«Юный Фриц», появившийся в майской афише Театра марионеток им. Е. С. Деммени, — «датский» проект с редкостно солидной материально-исторической базой. Результат работы автора идеи воссоздания Фаины Костиной, режиссера Эдуарда Гайдая, художников Александра Алексеева и Натальи Сизых, композитора Татьяны Алешиной и пятерых актеров труппы рассматривать как полновесную реконструкцию, конечно же, не стоит. Уместнее всего было бы назвать это стилизацией сатирического памфлета 1942 года, который играли перед советскими солдатами «в самых разнообразных фронтовых условиях». 
«Юный Фриц» был не единственным произведением фронтового репертуара Ленинградского Театра марионеток. Уже в первые дни Великой Отечественной здесь были готовы к показу сатирические номера «Орел и Змея» и «Волчий аппетит» на стихи А. Флита (позже появились и другие). Артистов театра сразу же командировали в состав агитбригад для выступления перед бойцами в Ленинграде и на фронте. Вплоть до января 1942 года в городе, где «музы не молчали», не прекращал показ репертуарных спектаклей и Театр марионеток. 

«Юный Фриц». 1942 г. Фото из архива театра

А в феврале было принято решение об эвакуации, и часть труппы оказалась в городе Иваново, где задержалась надолго. Именно там, связавшись с Самуилом Маршаком и художником-скульптором Марией Артюховой, Деммени приступил к постановке «Юного Фрица» — истории о том, как лопоухий нескладный «истинный ариец» под влиянием фашистской идеологии превращается в кровожадную обезьяну. Созданию спектакля предшествовала солидная PR-кампания (как сказали бы сегодня): его главный герой уже успел стать фигурантом коротких сатирических зарисовок Маршака, которые печатались в газетах.

Кукольное воплощение пьесы-памфлета было как «необычайно портативным по количеству занятых в нем актеров и простоте декоративного оформления», так и вполне впечатляющим, судя по описанию его постановщика и непосредственного участника (Деммени исполнял в «живом плане» роль Профессора-расиста). «Этот сложный для постановки спектакль, с большим количеством кукол (более двадцати) и двумя ведущими ролями в живом плане играли четыре актера. 

Сценическое решение было найдено при помощи складных пятистворчатых ширм, боковые створки которых имели открывающиеся ставеньки. 

«Юный Фриц». 2010 г. Фото из архива театра

В этих амбразурах (так же, как и в амбразуре центральной из пяти створок ширмы) шли „интерьерные“ сцены (в гестапо, баре, Луврском музее, обезьяннике и т. п.), а сцены, происходившие „на воздухе“ происходили перед ширмой, то есть действие развертывалось в двух планах по вертикали. Ряд эпизодов был решен в подвижных плакатах, действующие фигуры которых (плоскостные) приводились в движение от одного общего привода. Так были сделаны сцены джаз-оркестра, в норвежском кабачке и другие. Плакаты эти были съемными и легко менялись изнутри ширм». 
В цитируемом источнике упоминается о более чем 450 показах тридцатиминутного представления, которые сопровождал неизменный успех. Злая сатира — жанр, по сути близкий к народной кукольной комедии, не чуравшейся грубого юмора и хлесткого слова, — на войне пришлась как нельзя кстати.

Конечно, не все из кукольных персонажей, сделанных для спектакля в 1942 году, сохранились до наших дней. И не все из стоявших за ширмой с этими куклами в руках дожили до Победы.

Творческой группе, возрождавшей «Юного Фрица», предстояло найти сценический эквивалент для фронтового кукольного хита и современный контекст для сатирических смыслов почти семидесятилетней давности. Острота и четкость высказывания, несомненные для видевших спектакль в 1942-м, широкой публике 2010-го совсем не так очевидны. Для полноценного восприятия тут требуется знание многочисленных реалий.

«Юный Фриц». 1942 г. Е. Деммени (Профессор),
 Ф. Иванов (Ассистент). Фото из архива театра

Задачу постарались решить так, чтобы, используя современные средства театральной техники, все-таки не слишком удаляться от предполагаемого постановочного стиля первоисточника. Прием был выбран самый логичный: «театр в театре». Сценография воспроизводит обобщенный образ фронтовых условий: задник задрапирован маскировочными сетками; в центре — обтянутая синим клеенчатым материалом ширма с квадратным окном, занавешенным изнутри черным бархатом; слева — снарядный ящик со стоящим на нем патефоном; справа — пианино с открытыми струнами; несколько бутафорских керосиновых ламп. На этой «условно-фронтовой» площадке разыгрывает свое представление «агитбригада», состоящая из артистов, одетых в солдатскую форму (Лариса Жорина, Ирина Зимина, Мария Мирохина, Вячеслав Попов, Геннадий Елагин), и пианистки в черном платье (Татьяна Алешина). Пианистка появляется первой, усаживается за инструмент, играет вступление. Артисты выносят из-за ширмы стойку с бутафорским черепом, солидный том с буквами «Mein Kampf» на обложке, белый халат, огромный циркуль для измерения черепов и нос с очками. Хором поют первый куплет про «Барона фон дер Пшик», одного из актеров (Вячеслав Попов будет играть Профессора- расиста) обряжают в халат и очки, остальные скрываются за ширмой (в спектакле осталась лишь одна роль «живого плана», Ассистент Профессора существует только как кукольный персонаж).

«Юный Фриц». 2010 г. Фото из архива театра

Начинается представление «Юного Фрица».  Сюжет воссозданного спектакля с незначительными изменениями повторяет первоисточник. Профессор антропологии хвастается коллекцией черепов различных рас, которые ему ежедневно поставляет гестапо; матушка Фрица качает колыбельку со свастикой и поет колыбельную, переходящую в знаменитый марш «Deutsche Soldaten Und die Offizieren»; младенцу предсказывают судьбу по книге «Моя борьба», а на день рождения дарят игрушечную виселицу; Фюрер, в присутствии Геббельса и Геринга, читает новобрачным наставление о том, что «чистота арийской крови очень ценится в корове»; Ассистента, высказавшего подозрения в том, что у любого из истинных арийцев может оказаться предок «турок либо чех», отправляют в «желтый дом»; в процессе победного марша по европейским кабакам Фриц настаивает на запрещении французского языка, музыки Чайковского и Шопена; и так далее, и так далее — вплоть до превращения главного героя в покрытую редкой шерстью обезьяну с глазами-плошками. Ее помещают за решетку зоопарка и демонстрируют зрителям как редкой ценности экспонат: «потому, что для науки всякий гад необходим». Мизансценический рисунок, конечно же, придуман заново. Кукольные сцены в окне, где бархатный задник создает эффект «черного кабинета» (колыбельная Фрицу-младенцу, Фриц с невестой, солдаты Фриц и Франц в европейских кабачках), чередуются со сценами на ширме (день рождения Фрица, его первый донос в гестапо, превращение в гитлеровского солдата, Фриц и Франц в русском лесу). Найдены забавные выразительные детали, например: Фюрер-кукла уже в начале сюжета «просачивается» в «интимные сцены»: вылезает из-под колыбельки младенца-Фрица, «материализуется» над головами обнимающихся новобрачных.

«Юный Фриц». 2010 г. Фото из архива театра

Персонажей-плакатов в спектакле совсем немного: небольшие портреты маленького Фрица, его предка (служившего разведчиком у Барбароссы), папы- гестаповца и более солидный по размеру — Гитлера (во весть рост, со вскинутой в приветствии рукой). От какой-либо механизации портретов в воссозданном «Фрице» отказались, но снабдили их вполне знаковой «оборотной стороной». Парадный портрет фюрера с изнанки оказывается бронированной дверью (сейфа? застенка? бункера?), а оборотные стороны изображений «истинных арийцев» выкрашены желтой краской (среди них, в «желтом доме», оказывается неблагонадежный Ассистент). Нельзя не заметить, что Гитлер (явный парафраз, если не цитата, из Кукрыниксов) стилистически куда более впечатляющ и уместен, чем другие персонажи-плакаты, нарисованные «под современную анимацию».

Куклы, играющие в возрожденном «Фрице», неплохо сохранились со времени создания спектакля. Частичной реставрации потребовали их костюмы, замены — внутренние чехлы (в которые вдевается рука артиста). Пережив немыслимое количество фронтовых представлений и десятки лет в кладовой, последние просто истлели. Несколько серьезных травм (трещины деревянных частей некоторых кукол) тщательно «залечили». Подновили и «макияж» персонажей.

«Юный Фриц». 2010 г. Фото из архива театра

Их физиономии представляют собой яркие образчики стиля скульптора Марии Артюховой (создавшей, например, персонажей кукольного фарса «Школяр в раю» и многих других характерных героев постановок Деммени). Это вырезанные из дерева грубовато-изысканные карикатуры: краснощекая курносая «арийская» мамаша, худосочный «замшелый» Астролог, «чистопородная» невеста с поросячье-розовой круглой физиономией, вечно пьяный солдат Франц с носом-картошкой; превратившийся в военный автомат Фриц, похожий на зубастого орангутанга в каске и мундире, беспощадно утрированные Гитлер, Геббельс, Геринг… Эстетика мастера здесь приближается к манере острого пера Кукрыниксов, органично сочетая ее с нарочитой «топорностью» фольклорного примитива. Более близок к стилю детского рисунка облик положительных героев: вихрастый Ассистент Профессора, румяная одноклассница Фрица, советский солдат в плащ-палатке и шапке-ушанке. И все эти куклы — несомненные звезды возрожденного спектакля, замечательного уже тем, что позволяет увидеть их на ширме. Вероятно, оптимальным способом существования артиста-кукольника в таком жанре, с такой куклой в руках был бы подобный тому, который сохранила традиция народных петрушечных представлений. Их исполнитель ставит перед собой задачу не совсем актерскую, а скорее шутовскую. Предстать расхожей карикатурой — и быть убедительным, доносить прописные истины — и быть интересным, повторять простейшие приемы — и не терять внимания публики. Большинство персонажей в воссозданном «Юном Фрице» с большим или меньшим успехом работают в примитивных петрушечных приемах, что выглядит вполне логичным.

Пожалуй, наибольшей актерской удачей стал образ Гитлера, озвученный и во многом придуманный Ларисой Жориной. Ей лучше других удалось балансировать на грани между жестко обличительным и эстетически правдивым. Скрипучий голос, скованная пластика куклы, порой «нервно» передергивающей узкими плечами, органично совпали с внешним обликом персонажа и содержанием роли.

Роль Фрица исполняет Геннадий Елагин. В его распоряжении оказались три куклы: Фриц юный лопоухий, Фриц — фашист зубастый и Фриц-обезьяна. Удачна в большинстве сцен одинаково неуклюже- размашистая пластика этих кукол, заданная скорее их конструкцией. А вот характер героя плакатно однообразен. К сожалению, его развитие, настолько очевидное в трех кукольных ипостасях и вполне возможное в сегодняшней (уже сугубо театральной) версии легендарного спектакля, не слишком удалось.

«Юный Фриц». 2010 г. Фото из архива театра

Режиссер восстановления успешно сбалансировал выразительные средства, как стилизованные под фронтовой первоисточник, так и продиктованные современным видением содержания пьесы. Шипящая фонограмма немецких маршей и эстрадных хитов; маршевый ритм, который выстукивают на открытых струнах пианино; мигание красного света, сопровождающее фонограмму автоматных очередей; комические танцевальные па Профессора с черепом на стойке (в преддверии обручения Фрица с невестой); переходящие в лай и карканье восторженные крики «хайль». Стоит отдать должное и вполне деликатному для «датского» решению финала. «Агитбригада», закончившая свое выступление, застывает в неподвижности, а пианистка очень коротко сообщает о блистательной фронтовой судьбе спектакля и погибших в годы Великой Отечественной артистах труппы. Едва отзвучали печальные слова, артисты «оживают» и пускаются в лихую пляску под последний утесовский куплет: «…остался от барона только пшик!».

«Юный Фриц», прошедший боевой путь и доживший до 65-летия Победы, мог бы повторить судьбу своего старшего товарища по репертуару — культового «Гулливера» (появившегося в афише в 1927 году, многократно восстановленного и по сей день востребованного). Он заслуживает жизни более долгой, чем «датская», — хотя бы потому, что способен заполнить пробелы в патриотическом воспитании не только нынешних младших школьников, но даже их родителей и учителей. Благодарным адресатом спектакля могут стать и многочисленные адепты историко-реконструкторского движения.

Что, впрочем, возможно только при определенных усилиях, которые придется приложить администрации театра, если она сочтет нужным расширить целевую аудиторию и тем продлить сценическую жизнь «Юного Фрица».

С. Маршак. «Юный Фриц». Театр марионеток им. Е. С. Деммени.
Режиссер воссоздания Эдуард Гайдай, художники Александр Алексеев и Наталья Сизых

ИСТОЧНИК: ПТЖ

Read more…